Гром стоял как вкопанный, слушая разговор вожаков. Его уши ловили каждое слово, а глаза, суженные до щелочек, перебегали с фигуры Филина на Звездоокую и Ежевику. «Чёрный гигант говорит умно. Не лезет в драку, но и в обиду не даётся... Уважаю», — промелькнула мысль, когда Филин отказался вести их в лагерь. Гром одобрительно мотнул головой — так и надо. Горы дело серьёзное.
Его внимание на мгновение отвлек лёгкий тычок в бок.
— Смотри, они как будто выросли из камней! — прошептала Подснежник, снова маяча у его плеча. — И тот, чёрный... он как медведь, да?
Гром коротко фыркнул, не глядя на неё.
— Медведь бы тебя уже съел. А этот пока только слушает. — Он слегка отодвинулся, давая понять, что болтовня сейчас некстати, но без грубости. Его задача — охранять фланг, а не обсуждать внешность чужаков.
Когда Филин спустился и сел, Гром невольно оценил манёвр. «Правильно. Не нависает сверху, разговор на равных». Он заметил, как напряглись мышцы Ежевики, и как Звездоокая, напротив, слегка расслабила плечи. «Наследник настороже, а предводительница чувствует силу... Интересная пара».
— А у них, наверное, даже облака холодные! — снова раздался шёпот рядом.
На этот раз Гром обернулся, бросив на Подснежник короткий, испепеляющий взгляд. Его хвост нервно дёрнулся.
— Тише. Или они услышат, как у тебя в голове ветер гуляет.
Он снова уставился вперёд, но уголком глаза следил, чтобы светлая кошка не сделала резкого движения. Странная она... Назойливая, как комар, но беззлобная. И глаза горят не от страха, а от глупого восторга. «Хоть бы не споткнулась тут», — мелькнуло с неожиданной досадой.
Когда Филин начал задавать прямые вопросы о племенах, Гром насторожился ещё больше. Вот оно, настоящее начало. Не угрозы, а обмен информацией. «Спросил про лесных котов... Значит, слышал о нас. И, похоже, встречал не самых лучших представителей». Он незаметно переминался с лапы на лапу, готовый в любой миг оказаться между своей группой и потенциальной угрозой. Но пока угрозы не чувствовалось. Чувствовалось только тяжёлое, настороженное любопытство, витавшее в воздухе между тремя силами. И Гром был его частью — молчаливой, бдительной и слегка раздражённой навязчивого собеседника.